Сейчас 
687 
Во дворе дома по улице Ферганской, 6, в Орске детская площадка превратилась в непроходимые заросли: сорная трава вымахала практически в человеческий рост и теперь скрывает качели, горки и скамейки, которые, к слову, находятся не в самом хорошем состоянии.
Ирина Бурцева, жительница дома № 6 по улице Ферганской
Наша детская площадка находится в ужасном состоянии. Она вся завалена мусором, заросшая травой и всевозможными сорняками. Неоднократно обращалась и писала в «Решаем вместе», ну, в общем, много было обращений по этому поводу, но никакого результата это не дало.
Местные жители уверены — в такой высокой траве легко не заметить ребёнка, а риск травм и других неприятностей резко возрастает.
Ирина Бурцева, жительница дома № 6 по улице Ферганской
Мы не так давно создали инициативную группу. В моём лице начали, и сами здесь всё это… То, что здесь вы видите, — это всё мы делали своими руками. То есть мы выдирали траву, выносили мусор. Дети нам наши помогали. Ну, в общем, мы хотим разобраться как‑то вообще, попросить помощи у города, администрации: разберитесь, чей это участок, кому принадлежит эта площадка?
Ситуация осложняется ещё и тем, что людям неизвестно, кому же принадлежит этот участок земли.
Ирина Бурцева, жительница дома № 6 по улице Ферганской
Какие‑то отписки постоянные. Непонятно, кому вообще принадлежит эта земля. То есть наша УК говорит, что у нас только придомовая территория, они здесь не обязаны этот покос проводить, убирать мусор. То есть они не могут нам дать ответ, чья это земля в итоге. Речь была о том, что принадлежит администрации Октябрьского района. В итоге каждый раз какие‑то отписки, никаких конкретных действий. Ничего не происходит.
По словам местных жителей, траву здесь последний раз косили много лет назад. После смены управляющей компании любая обработка и уборка данной территории прекратились полностью.
Ирина Бурцева, жительница дома № 6 по улице Ферганской
В самом начале, когда ещё эту площадку сделали, ещё более-менее поддерживали. Если честно, у меня дети взрослые, я уже не помню. А потом вот спустя время — такая история уже давно, давно. Просто как-то не доходили руки, не обращали внимания.
